Татьяна Тарасова: «Единственный выход из всего — быть на две головы выше»

Автор

Татьяна Тарасова из той редкой породы людей, которые всегда говорят, что думают, и не отказываются от своих слов. С известным тренером «АиФ» пообщался накануне чемпионата мира по фигурному катанию — он проходит в Милане с 19 по 25 марта.

— Я очень жду медалей от этого чемпионата. Хочу видеть наших спортсменов в числе главных претендентов на победу во всех видах, а не только в женском фигурном катании, как это было на Олимпиаде. Пока же только наши девушки, которые катаются на разрыв аорты, тянут за собой мир. И можно только поздравить группу Этери Тутберидзе, которая добилась такого результата (в группу входят и Евгения Медведева, и Алина Загитова, и 13-летняя Александра Трусова, первая фигуристка в истории, исполнившая два четверных прыжка. — Ред.).

Досье

Татьяна Тарасова. Родилась в феврале 1947 г. в Москве. Дочь известного советского хоккейного тренера Анатолия Тарасова. Тренер­ской работой начала заниматься в 1967 г. Среди её учеников победители Олимпийских игр: Ирина Роднина и Александр Зайцев (1976, 1980), Наталья Бестемья­нова и Андрей Букин (1988), Марина Климова и Сергей Пономаренко (1992), Илья Кулик (1998), Оксана Грищук и Евгений Платов (1998), Алексей Ягудин (2002).

Для меня существует только первое место  

Валентина Оберемко, «АиФ»: Татьяна Анатольевна, понятно, что прошедшая Олимпиада была особенной, причём не в лучшем смысле. Про неё стоит забыть и не вспоминать? 

Татьяна Тарасова: Зачем забывать? Я считаю, что мы пережили эту Олимпиаду достойно. Будем идти дальше, готовиться к следующим Играм. Тем более что уже все права российскому спорту вернули. Ну почти все.

Так или иначе, МОК восстановил членст­во Олимпийского комитета России, тренеры работают, спортсмены тренируются. И впредь, я уверена, мы будем на всех соревнованиях выступать со своим флагом, с нашим российским гимном.

— Откуда у вас такая уверенность? 

— Скажу так: мы должны, обязаны сделать всё, чтобы этот кошмар не повторился. 

— На ваш взгляд, тринадцатое место — это лучшее, что мы могли выжать из Олимпиады в Пхёнч­хане?

— У нас команды не было. Вы не забывайте, что 2/3 спортсменов остались дома. Так что тут не может быть такого вопроса. Хорошо, что мы в принципе участвовали там.

«Прокатались, как могли». Почему Коляда и Алиев провалились на Олимпиаде

— Но вы всё-таки раскритиковали наших мужчин-одиночников за их выступления. Цитирую вас: «Непонятно, почему падение у них считается «сделано». Если это «сделано», то я какая-то девочка».

— Да, на мой взгляд, что-то пошло не так. Спортсмена, как и тренера, характеризует его выступление. Ты можешь сказать всё что угодно — «я старался», «я выложился»… Но за тебя говорят твои прыжки, вращения, понимание фигурного катания и итоговое место. И если ты делаешь ошибки, ты не можешь кивать ни на кого. Я считаю, это правильно: на белое говорить белое, на чёрное — чёрное. Человек должен сам себе признаться:  «Да, я завалил сезон». А если оправдывать себя, то ничего не будет. Нельзя двигаться дальше, если ты врёшь сам себе, не знаешь или не хочешь знать правды. 

Исправлять надо в первую очередь собственные ошибки, а не обращать внимания на то, кто и как на нас посмотрел, что о нас подумал.

Татьяна Тарасова

Я говорю всё это лишь потому, что очень хочу, чтобы у наших спортсменов были победы. Я никого не ругаю, просто высказываю своё мнение. Но допускаю, что у других тренеров взгляд может быть иной. У каждого ведь свой потолок. Для меня второе место — это просто место, потому что моя планка взята очень высоко и я к ней всегда стремлюсь. А для кого-то другого второе место — это большая радость.

Нас не слышат 

— Когда МОК принял решение о запрете российского флага, вы сказали, что наша страна, по сути, бросила спортсменов в этой ситуации. Почему? 

— Я не играю в игры с государством. Да, оно не помогло. Сейчас мне кажется, что всего этого могло бы не быть, если бы раньше кто-то вмешался, помог, сделал то, что должен был сделать…

Если мы станем лучшими, то нас просто не смогут не пригласить на соревнования. Мы должны играть по этим правилам. И мне бы очень хотелось верить в то, что мы не собираемся больше подставляться.

Татьяна Тарасова

— В другой стране, в той же Америке, где вы работали, такое было бы возможно? Чтобы никто не вмешался и не помог?

— Я жила и работала в Америке 10 лет, но я не была тренером американской сборной, поэтому мне сложно тут что-то сказать. Да и потом, лично я не тот человек, который нуждается в том, чтобы ему помогали. Помочь ты можешь только сам себе. Но могу сказать, что и в Америке были скандалы в разных видах спорта, но что-то я не видела там такого массового ожесточения к спортсменам.

А ну-ка, девушки!

— Вы много критиковали и Министерство спорта, и Виталия Мутко в частности. Вас кто-нибудь услышал? 

— Нет. У меня есть ощущение, что нас не слышат или не хотят слышать. Но это не так важно. Знаете, мой папа часто повторял: «Ищи дерьмо в себе». И вот я вам снова говорю о том, что исправлять надо в первую очередь собственные ошибки, а не обращать внимания на то, кто и как на нас посмотрел, что о нас подумал. Если мы будем пытаться соответствовать чужим представлениям о том, что такое хорошо и что такое плохо, то нам обязательно придумают, как отравить жизнь. 

Единственный выход из всего — быть на две головы выше, быть непобедимыми, незаменимыми. Если мы станем лучшими, то нас просто не смогут не пригласить на соревнования. Мы должны играть по этим правилам. И мне бы очень хотелось верить в то, что мы не собираемся больше подставляться. 

Источник